Глен Кук. Солдаты живут - 68. Таглиосские территории. Пламя на поле боя
286 >
урон нам причинила.
Таглиосцы провели беспорядочную и неуклюжую контратаку, которая
обернулась катастрофой, когда они снова побежали. Магия Душелова не
различала своих и чужих, а улавливала лишь направление движения.
Мы приземлились далеко в своем тылу. Я снова сел на лошадь и направился
вперед. Душелов пустила в ход жуткую магию. Место, где распускался каждый
огненный цветок, выделялось красным такого темного оттенка, что он граничил
с чернотой. На границе круга чернота слабела, постепенно уступая место
пожухлой траве. Но внутри кругов смерть собрала обильный урожай.
Там были люди, погрузившиеся в землю - кто до лодыжек, а кто до бедер и
глубже. Застывшие во время наступления, все еще сохраняя свое место в строю.
Но внутри их доспехов теперь не теплилась даже искра жизни.
Кто-то попробовал открыть несколько доспехов, но увидел внутри лишь
обугленную плоть и кости. По быстрым подсчетам выходило, что мы потеряли от
четырехсот до пятисот человек из-за этого ужаса, причем быстрее, чем все это
можно описать.
- Тут что-то не так, - сказала я. - Душелов остановилась.
- Что? - отозвался Мурген. Он исследовал смертоносный круг и обнаружил,
что теперь он холодный, а его видимая поверхность не толще ногтя. - Ты о
чем? - Позднее, собирая мертвецов, мы обнаружили, что они не погрузились в
землю. Откапывая то, что не виднелось над поверхностью, мы не нашли под ней
ничего. Вероятно, тела и доспехи как бы расплавились.
- Душелов перестала с нами играть. А ведь она наверняка как-то
управляла этими кругами. Иначе они убили бы ее собственных солдат во время
первого отступления. Но теперь блокировка не действует. Что изменилось? И
что случилось?
Внезапно стервятники над лесом стали быстро снижаться по спирали,
словно желали на кого-то напасть.
- Давай-ка узнаем, чем занята Дрема, - решил я.
Дрема выслала разведчиков, чтобы выяснить границы опасной зоны. На
наших флангах цветки смерти пока не распускались.
Стервятники прекратили снижение над самыми верхушками деревьев. Но
одному из них захотелось опуститься чуть ниже.
Золотисто-коричневая лента цвета мочи взметнулась вверх гигантским
жабьим языком. Птицу окутало сияние, превратив ее в черный силуэт. И этот
силуэт распался на сотни осколков, которые посыпались вниз, словно падающие
листья.
Оставшиеся стервятники решили, что их ждут неотложные дела где-то в
