Глен Кук. Солдаты живут - 4. Роковой перелесок. Песни в ночи
17 >
ослепить тюремщиков и сбежать от Протектора.
Лицо девушки окаменело и на мгновение обрело жуткую непроницаемость,
неотличимую от лица идола.
И она произнесла то, что всегда говорила, когда речь заходила о
Протекторе:
- Она еще пожалеет о том, что так обращалась с нами, Нарайян. О ее
наказании будут помнить и через тысячу лет.
Нарайян успел состариться в бегах. Преследование стало нормой его
существования. Он всегда стремился к тому, чтобы культ пережил гнев его
врагов. Дщерь Ночи была юной и могущественной и обладала всей порывистостью
юности и неверием в собственную смертность. Ведь она была дочерью богини! И
власти этой богини вскоре предстояло утвердиться во всем мире, изменив все.
А при наступившем новом порядке Дщерь Ночи сама станет богиней. Так чего же
ей опасаться? Та безумная женщина в Таглиосе - ничто!
Неуязвимость и осторожность всегда были непримиримыми противниками и
столь же вечно неразделимыми.
Дщерь Ночи искренне верила, что она - духовное дитя богини. Она обязана
ею быть. Но рождена она мужчиной и женщиной. И чешуйка человечности
пятнышком осталась на ее сердце. И ей нужно было иметь рядом кого-то.
Ее движения стали более заметными, чувственными и менее
контролируемыми. Нарайян поморщился. Ей нельзя выковывать внутреннюю связь
между удовольствием и смертью. Богиня в одном из своих воплощений была
Уничтожительницей, но отнятые в ее честь жизни отнимались не ради столь
пустяковой причины. Кина не потерпит, что ее Дщерь поддается гедонизму. Она
накажет ее, а самое тяжкое наказание, несомненно, падет на Нарайяна Сингха.
Жрецы были готовы. Они волокли рыдающих пленников туда, где они
исполнят высшую цель своей жизни - расстанутся с ней, сыграв свою роль в
ритуале освящения храма Кины. Вторым ритуалом станет попытка связаться с
богиней, которая лежит сейчас в оковах магического сна, чтобы Мать снова
благословила Дщерь Ночи своей мудростью и даром предвидения.
Делалось все, что следовало сделать. Но Нарайян Сингх, живой святой
Обманников, великий герой культа душил, не был счастлив. Контроль слишком
далеко уплыл из его рук. Девушка уже начала изменять культ, заставляя его
отражать ее собственный внутренний мир. Нарайян опасался, что один из их
споров не завершится примирением. Такое уже случалось с его настоящими
детьми. Он поклялся Кине, что вырастит ее дочь правильно и что они вместе