Глен Кук. Солдаты живут - 30. Хатовар. Затем разожгите огонь
147 >
снаряжение обратно через врата. И чем быстрее, тем лучше.
- Ты думаешь, что третий все же дотянет до армии Ворошков? - спросила
Госпожа.
- Ни за что не стал бы спорить о том, что ему это не удастся. Все
детки-оптимисты моей мамочки уже лет пятьдесят как померли. - Я взглянул на
форвалаку. Теперь она уже почти вся превратилась в Лизу Бовок. Кроме головы.
- Она сейчас похожа на мифологического зверя, правда?
Женщина-оборотень еще не умерла. Ее глаза были открыты. И они уже не
были кошачьими. Они умоляли. Она не хотела умирать.
- Внешне она выглядит не старше, чем когда я видел ее в последний раз,
- сказал я Госпоже. Бовок все еще оставалась молодой и привлекательной
женщиной - для той, чьи лучшие годы ушли на выживание в мерзейших трущобах
воистину отвратительного города. - Эй, Лохань. Хватай Растрепу, тащите сюда
дрова и валите их на эту тварь.
- Я помогу, - вызвался Гоблин.
- А тебе я вот что скажу. Если хочешь поработать, можешь смастерить
парочку хороших носилок, чтобы мы смогли унести с собой новых подружек.
- А они перенесут поездку? - засомневалась Госпожа.
- Будь старшая в сознании, она, наверное, смогла бы встать и похромать
с нами сама. Однако вторую мне нужно как следует осмотреть, тогда и скажу,
насколько она пострадала.
- Только смотри, куда будешь тыкать и что сжимать, старик.
- А я-то думал, что в твоем возрасте у тебя прорежется чувство юмора
получше обычного, старуха. Неужели ты не понимаешь, что у каждой профессии
есть свои привилегии? Хирург имеет право тыкать и сжимать.
- Жена тоже.
- Я так и знал, что мы кое-что забыли, когда устраивали ту церемонию.
Надо было привести законника. Лохань! Проследи, чтобы никто не смел
прикасаться к тому копью, пока мы не разведем огонь. А все положенные
прикосновения я сделаю сам. Где мои птички? Пора возвращать Черных Гончих. -
Мы не могли уйти отсюда без них. Они станут решающим оружием в войне с
Душеловом. Дреме, наверное, их уже отчаянно не хватает.
Подошли Лебедь и еще трое - все они с натугой тащили столб, на котором
летала старшая девушка.
- Эта проклятая штуковина весит целую тонну! - пропыхтел Лебедь. Все
четверо носильщиков уже собрались уронить его на землю.
- Нет! - рявкнула Госпожа. - Аккуратно! Не забыли, что стало с другой?
А если забыли, то смотрите. - Она указала на небо. Дым, пыль - или что там
было - все еще висели над нашими головами размытым облаком. Время от времени