Глен Кук. Солдаты живут - 2. Воронье Гнездо. Когда поет баобас
10 >
цепляется за свои бумаги, как за повод задержаться среди живых. А командует
сейчас Дрема.
- Хреновый.., командир.
- Вот надеру сейчас твою тощую старую задницу... - Я смолк. Глаз
Одноглазого закрылся, и он демонстративно захрапел.
Снаружи опять послышались рев и визг - и поблизости, и где-то вдалеке,
ближе к вратам. Затрещали и зашуршали раковины улиток, и хотя я не заметил,
что хотя бы одной из них что-либо коснулось, все они вздрогнули и
развернулись. И тут я услышал рев далекого рога.
Я встал и попятился к двери, не подставляя спину. Если не считать
пьянства, у Одноглазого осталось единственное развлечение - ткнуть тростью
зазевавшегося гостя.
В комнату ворвался запыхавшийся Тобо.
- Капитан... Костоправ. Господин. Я не правильно понял то, что он хотел
мне сказать.
- Что?
- Он говорил не о нем. А о бабушке Готе.